Штурмовая группа 1й ДШР: 30 человек л/с. Офицеров и прапорщиков 4+1: Козленок, Чехонадских, Мурзин, Крещенок, Кравченко. В ночь с 14 на 15 января введены в занятую часть здания №4 на смену 7й пдр 51й ВДБр с задачей овладеть дальними подъездами за разрушеной частью здания обращённой к зданию №3 по пр-ту Победы. Перед началом операции был произведён артиллерийский налёт по крышам и верхним этажам зданий в квартале с целью заставить наблюдателей уйти в укрытия и оставить квартал без присмотра. Первые 3 подъезда были заняты без боя, группа гв. ст. пр-ка Кравченко в 4й подъезд проникнуть не смогла так как на входе была грамотно установлена металлическая решётка. Вручную выломать препятствие не удалось. При попытке сбить её из гранатомёта группа была обнаружена и обстреляна неприцельным в темноте огнём из пулемёта из глубины второго этажа здания №3. Забрав троих раненых Кравченко отошёл в ближайший занятый 1й дшр подъезд. Обращает на себя внимание отсутствие у штурмовых групп действующих в плотной городской застройке взрывчатки и выявившееся упущение в инженерной подготовке личного состава в обращении с взрывчатыми веществами в целом. Не вызывает никакого сомнения, что при наличии времени на подготовку и вменяемо поставленной задачи такого просто не могло бы произойти. А ещё лучше бригаду было не сокращать до состояния “не можем заниматься”. Попытки снести решётку подручными средствами привели к безрезультатному расходованию нескольких драгоценных выстрелов РПГ, а так же обнаружению группы боевиками. В то время как наличие грамотно подготовленного в течение 15 минут заряда позволило бы удалить решётку не производя столько грохота в замкнутом объёме двора и не привлекая тем самым внимания к группе. В дальнейшем решением гв. ст. л-та Козленка здание начали освобождать производя проломы гранатомётами в стенах через 2 и 3й этажи. Данный приём привёл к оставлению боевиками занятых позиций в доме. В одном из помещений были обнаружены лёжки и ещё горячая нетронутая пища. Предпринятая после попытка прорваться в здание №3 через двор используя деревья в качестве укрытий сорвалась и привела к большим потерям ранеными. Боевики плотно контролировали подступы к зданию, очень грамотно выстроили систему огня и в целом оправились от первого замешательства. В течение короткого промежутка времени в штурмовой группе были выведены из строя гранатомётчики и пулемётчики. Один из пулемётов после ранения стрелка остался на улице возле подъезда, плотный огонь со стороны здания №3 не позволял его вытащить и использовать. Огневые возможности группы резко сократились. Первоначальным замыслом предусматривалось, что захваченные штурмовой группой роты помещения будут заниматься вторым эшелоном, а группа пойдёт дальше, но наличие обваленного подъезда разделявшего здание на две приблизительно равные части серьёзно спутало планы и осложнило дальнейшие действия. Поскольку штурмовая группа была обнаружена и за ней установили наблюдение всякие перемещения во дворе моментально пресекались плотным ружейно-пулемётным огнём. Со стороны ул. Чернышевского так же работали снайперы и пулемётчики. Главной проблемой стали раненые, многим из которых требовалась немедленная помощь. Ещё большее опасение вызывала угроза контратаки боевиков, которые вне всякого сомнения видели, что плотность огня группы упала, пулемёты и гранатомёты если и работают то уже не так эффективно, ибо места подготовленных стрелков заняли обычные пехотинцы. Обороняя не столько себя, сколько раненых фактически отрезанная обваленным подъездом группа продержалась бы не долго. До темноты было далеко, боевики понимая шаткое положение штурмовой группы начали давить. Потери нарастали. Как бы то ни было, но положение группы 1й дшр было хоть и тяжёлым, но не критическим. Гораздо сложнее складывалась обстановка в группах пдр, 3й дшр и разведвзвода, которые вели бой внутри двора и во внутридворовых постройках с боевиками занимавшими выгодные позиции внутри домов. Количество раненых нарастало пропорционально прошедшему времени. Требовалось предпринять срочные действия и командование батальона пошло на нестандартное рискованное решение. В квартал был введён приданый батальону танк Т-72 бортовой №526 из состава 141 отдельного танкового батальона 19 мотострелковой дивизии, подробнее о котором на отдельной страничке. Замыслом предусматривалось танку, пройдя через перекрёсток улиц Розы Люксембург и Чернышевского влево между домами 4 и 5 вдоль дома 4 из-за здания детского сада уничтожить огневые позиции в здании 3 и далее 2. Выполнение этого маневра и огневой задачи позволяло штурмовой группе 1й дшр эвакуировать раненых и войти в здание 3 передав захваченный дом второму эшелону. Но танк в квартале был подбит и взорвался. Гибель танка резко осложнила и без того тяжёлое положение штурмовых групп находившихся в квартале. А в группе 1й дшр находившейся в каких-то метрах от места взрыва почти все были контужены, многие потеряли сознание на несколько часов. В ходе последовавших переговоров со штабом батальона было принято решение более не использовать технику, так как двор боевики контролировали полностью, и улица Чернышевского так же простреливалась. а эвакуировать раненых группы первой десантно-штурмовой роты путём пробивания стен внутри обрушенного подъезда через развалины. Подготовив из подручных средств (одеяла и прочее) носилки для раненых и установив дымовую завесу личный состав приступил к эвакуации. В одну сторону по торчавшим во все стороны обломкам обрушенного подъезда в дыму несли раненых, многие из которых были без сознания. В другую сторону шли боеприпасы и пополнение. Многие находившиеся в строю и продолжавшие бой, по выходу к своим теряли сознание и приходили в себя уже в госпитале. Так получивший контузию гв. ст. пр-к Кравченко до сих пор не верит, что участвовал в пробивании стен и постановке дымовой завесы. Из боя вышел сам, а уже на КП его принесли без сознания. Гв. ст. л-т Мурзин так же по выходу из боя был доставлен на КП на носилках.
Продолжение следует, уточнения приветствуются…